Вокальные упражнения: полный гид для вокалистов

Мне постоянно пишут ученики, и письма похожи одно на другое. «Евгения, дайте пару песен для мужского голоса, чтобы я мог применить манеру СЧН». «Я только вчера узнал, что есть поддержка звука, а сегодня в песне она у меня почему-то не работает». «Мне неприятно, когда я выполняю манёвры». Вопросы все правильные, я никого не хочу обидеть. Но за ними стоит одна и та же путаница, и пока её не распутать, вокальные упражнения работать не будут, сколько бы вы их ни делали.

СЧН — это не манера. Это преддверие гортани, которое, сокращаясь, делает звук звонче. Тем противным голосом, каким его тренируют, никто не поёт, и вам не советую: зрители разбегутся. На этом звуке тренируется определённая группа мышц, а петь вы потом будете совсем другим голосом.Вот про эту разницу, про то, как упражнения устроены и почему они у одних работают, а у других нет, я и расскажу по порядку.

Пара слов о том, откуда я это знаю. Пять лет назад я пела очень скромным хоровым альтом. С тех пор каждый божий день я тренирую свои структуры: на уроках вместе с учениками, а потом отдельно, если самой что-то не нравится. Анатомию гортани я смотрела не только в атласах, но и в анатомичке.

Зачем упражнения вокалисту и как они работают

Представьте оркестр, который играет «Щелкунчика». Вместе всё звучит волшебно. Но выдерните из этой массы одни литавры и послушайте их партию отдельно: вы не узнаете ни Чайковского, ни «Щелкунчика», вы услышите, как брякают литавры. С голосом то же самое. Певческий звук — это совокупное звучание всех элементов голосового аппарата. Чтобы он стал красивым, каждый элемент должен сначала выучить свою партию. Пока он её разучивает, он звучит тихо, странно, а иногда откровенно нелепо. Ждать от одной структуры звучания целого оркестра, мягко говоря, наивно.Такой тренировочный звук я называю техническим, и все вокальные упражнения делаются именно на нём.

Технический звук на спектрограмме

Разница слышна даже в микрофоне. Один и тот же микрофон с одними и теми же настройками у начинающего и у тренированного певца звучит по-разному. Микрофон не волшебная палочка: он ловит определённые частоты, и если ваш спектр бедный, ловить ему нечего. Я показываю это в программе VoicePrint. У нетренированного голоса на спектрограмме дыры, особенно в зоне от двух до четырёх тысяч герц, где живёт высокая певческая форманта. И это не зависит от громкости: можно звучать очень громко и всё равно выглядеть на спектрограмме хило. У тренированного голоса даже на тихой динамике полосы гармоник идут плотно и ровно, как красивое вязание.

До: полосы гармоник редкие, между ними провалы

После: полосы плотные и ровные по всему спектру

С какими структурами мы работаем

С чем мы работаем? Структур в голосовом аппарате, по Estill, тринадцать, а если считать черпаловидные хрящи, то четырнадцать. Истинные и ложные голосовые складки, перстневидный и щитовидный хрящи, сама гортань, мягкое нёбо, язык, губы, челюсть, атаки, массы, две анкеровки. Живут они как в коммунальной квартире: какая бы длинная у вас ни была шея, места там мало. Природа каждой из них отпустила свою амплитуду движения. Одна наклоняется и поднимается, другая сжимается и раскрывается, и от нас тут ничего не зависит. Зависит другое: умеем ли мы ими управлять.

Меняя положение и вступая между собой в определённые отношения, структуры меняют конфигурацию вокального тракта, а с ней и звук на выходе. Назовите это манерой, ради бога. Возьмите оперу и бэлтинг, два диаметрально противоположных по звучанию способа пения. Если разобрать их базовые рецепты, окажется, что работают в них почти одни и те же структуры. Ложные складки раскрыты и там и там, мягкое нёбо высокое и там и там, корень языка высокий, анкеровки работают в обоих случаях. Разница в положениях: в опере щитовидный хрящ наклонён, а гортань пониже, в бэлтинге щитовидный хрящ вертикальный, гортань заметно выше, плюс наклон перстневидного хряща, которого в опере нет. Набор у нас у всех одинаковый, вопрос только в том, как его повернуть. Как в калейдоскопе: стёклышки одни и те же, вам никто не досыпает новых, а картинка каждый раз другая.

Аттракторы: почему упражнения не ломают манеру

Отсюда и ответ академистам и народникам, которые боятся, что упражнения сломают им манеру. Не сломают. Ваши структуры просто привыкли всякий раз занимать одно и то же положение. Эту мышечную привычку я называю аттрактором: делать только так и никак иначе. Если научить структуры другим положениям, то по команде из головы они займут то, которое нужно для другого звука. А если у вас начали появляться новые звуки, этому надо радоваться, а не пугаться.

Почему разговорный голос ещё не певческий

Ещё одно возражение я слышу постоянно: «Я много говорю, веду уроки, пою годами, голос у меня натренирован». Нет. В разговоре у вас работает один участок голосовых мышц, а песня не поётся на одной ноте, ей нужны складки на всей длине. Поэтому не каждый хороший спикер хороший певец, хотя хороший певец почти всегда неплохо говорит. И поэтому у людей, которые всю жизнь «работают голосом», он устаёт, сипит и теряет диапазон: работа шла, но не та. Упражнения для развития голоса тренируют аппарат на выносливость, силу и скорость реакции: натренированные структуры отвечают сразу, стоит только подумать о нужном звуке.

Как складывается навык

Вся эта история стоит на двух ногах: биомеханике и нейрофизиологии. Биомеханика отвечает на вопрос, что происходит в аппарате, нейрофизиология — как этим управлять. Навык складывается не сразу. Сначала появляется понимание, потом первичное действие, потом оно закрепляется и становится условным рефлексом. Пока путь от головы к конкретному хрящику не проложен, ничего не будет. Даю одну и ту же структуру пятерым: у двоих сразу получается классно, трое не понимают вообще. Это не потому, что кто-то неспособный, а потому, что у двоих эта дорожка когда-то уже сложилась, а у троих её придётся прокладывать.

Баланс усилия и расслабления

И последнее про баланс. Пока вы в звуке, напряжение растёт само, даже в покое мышцы устают: посидите неподвижно минут пятнадцать, и захочется сменить позу. Поэтому расслабление — это не «просто расслабься», это умение сбрасывать лишнюю работу до комфортного уровня, и этому надо учить так же, как учат вступать вовремя. Баланс — это координация усилия и расслабления. Без него голос к концу трёхминутной песни устаёт так, будто вы разгружали вагон.

С чего начать: 3 правила, без которых упражнения не работают

Правило 1. Тихо

Голосовые складки сами по себе издают очень тихий, сиповатый сигнал. Если бы при разговоре в аппарате не работало больше ничего, мы бы все так и разговаривали. Всё, что громче, означает, что в процесс вмешалось что-то ещё. Если вы делаете манёвр в полный голос, со всей пролетарской ненавистью, вы включаете всё подряд и уже не понимаете, что именно тренируете.

Для этого у нас есть десятибалльная шкала усилий. Сожмите кулак на единицу, потом на двойку, тройку и так до десяти, и проследите, какие мышцы подключаются с каждым номером. Технический звук живёт на самом низком номере, на единице. Многие говорят: «Я правильно делаю атаки». Я отвечаю: ещё тише. Ещё тише. И в какой-то момент последняя атака получается у человека сама, и он слышит её не ушами, а ощущениями.

Правило 2. Изоляция

Представьте, что вы сказочно богаты и у вас трёхэтажный особняк. Придя домой, вы включаете свет в прихожей и на кухне, а не дёргаете общий рубильник, чтобы загорелась каждая кладовка. Когда мы поём, горит весь дом. Когда тренируемся, свет включается точечно, в одной комнате.

Полной изоляции не бывает: мы не распадаемся на молекулы. Опустите сейчас челюсть максимально низко и прислушайтесь: гортань и язык тоже куда-то поехали. Но стремиться к изоляции нужно, иначе вы будете тренировать по две-три структуры разом и наработаете скверные аттракторы. Потом захотите наклонить только щитовидный хрящ, чтобы дать немножко вибрации на окончании, а у вас опустится гортань и язык залезет в глотку.

Изоляция, тихий технический звук и десятибалльная шкала — одна система. Чтобы почувствовать изоляцию, придётся убрать громкость до единицы. И наоборот, если вы поёте громко, изоляции нет, а значит, тренировки нет. Зажим, по сути, — это много несанкционированного напряжения на аппарате, когда непонятно где и непонятно сколько. Работая с изоляцией, человек расстаётся с зажимами гортани и челюсти, потому что начинает контролировать каждый элемент.

Правило 3. Повторяемость

Каждый день нужно варить макароны в кастрюле, одними и теми же движениями: складывать, солить, мешать, убавлять газ, вовремя снимать. Тогда научитесь варить их с закрытыми глазами. А если сегодня варить, завтра жарить, а послезавтра запекать, навык не сложится. Мышечная привычка — тот же корявый почерк: его нельзя выбросить и взять другой, придётся писать новые палочки с утра до вечера, пока рука не запомнит.

У этого правила есть важная оговорка. Если манёвр выполнен правильно, результат появляется сразу. Если результата нет, значит, где-то нарушен механизм, и повторять то, что не получается, бессмысленно: вы закрепляете ошибку. Ищите её, и чаще всего она в громкости.

Комплекс упражнений для начинающих — пошагово

У каждого манёвра есть алгоритм, то есть точное правило выполнения: с какой атаки зайти, за чем проследить, к какому результату выйти. В сам алгоритм уже заложен контроль. Если вы его нарушили, изоляции не будет, а значит, не будет и толку. Поэтому ниже к каждому шагу я даю маркер: как самим понять, правильно вы делаете или нет. Самому себя оценивать сложно, поэтому записывайте себя на видео, а иногда без чужого уха не обойтись.

Дисклеймер: не выполнять при болезни или болевых ощущениях в горле

В бесплатном мини-курсе я даю те редкие упражнения, которые безопасно выполнять самостоятельно.

Смотреть мини-курс

Разогрев: дыхание и настройка

Скажу то, что многих удивит: специально «качать» дыхание не нужно. Вдыхать человек умеет и без инструкций. Управлять воздухом невозможно, управлять можно только мышцами, поэтому упражнения на прокачку выдоха сами по себе ничего не дают. Мы выдыхаем не воздух, а звук. И важно не количество этого выдоха, а его качество: он должен быть достаточно энергичным, чтобы долететь до ротоглотки, а не размазаться в гортани. Лучше всего это чувствуется на полузакрытом тракте.

Полузакрытый тракт хорош тем, что выключает аттракторы. На открытом звуке нас несёт по старой заезженной дороге, а здесь ощущения меняются полностью, и как раз в ту сторону, которую нужно развивать. Сирена и мирена работают в любом жанре, и в эстрадном, и в академическом, и в народном пении.

И ещё про разогрев. Когда я спрашиваю педагогов, что они делают в начале урока, они отвечают: «распевку, чтобы разогреть голос». А что именно вы разогреваете? Если в распевке нет задачи, с тем же успехом можно дать человеку повизжать и поговорить перед песней.

Упражнения на смыкание и резонаторы

Атака — это первый контакт голосовых складок. Основных способов четыре: твёрдая, мягкая, придыхательная атака и фрай, он же штробас. Каждый из них порождает свой тип смыкания. Смыкание, массы, звукоизвлечение — это три названия одного процесса. Если смыкается вся мышца, это толстое смыкание. Если часть мышцы, это жёсткое. А если работает не мышца, а оболочка складки, это тонкое смыкание, тот самый голосок «ау-ау».

Поддержка звука — это подключение более крупных мышц шеи, головы, затылка, лица и корпуса. Они создают надёжный каркас, на котором стабильно работают маленькие внутренние мышцы. Звук тогда не виляет, не гуляет и не обещает свалить куда-нибудь.

Упражнения на диапазон и регистровый переход

Наш голосовой аппарат условно состоит из трёх сегментов: гортань, ротоглотка (её ещё называют маленьким ртом) и собственно рот с зубами, губами и челюстью. Высокий регистр требует вполне определённой формы. Гортань широкая, там мы ничего не жмём. Средний сегмент маленький и узкий. Рот снова раструбом. Получаются песочные часы. Если средний сегмент широкий, если там дыра, в которую ведро со свистом пролетит, высокого регистра вам не видать.

Попробуйте ещё одну вещь прямо сейчас. Молча подумайте о своей самой высокой ноте, ещё выше. Теперь о самой низкой. Теперь опять о самой высокой. Вы ничего не спели, а гортань уже поехала. Мысль двигает аппарат, просто гортань — самый крупный фильтр, поэтому её движение чувствуется лучше, а остальные структуры подчиняются тому же механизму.

Упражнения на артикуляцию

Гласные образуются не на зубах и не на кончике языка, а в ротоглотке. Многие бесконечно тренируют дикцию, вытаскивая звук на зубы, и сами не понимают зачем. Артикуляция должна подчиняться более серьёзной задаче — звукообразованию.

Программа на 10 минут: порядок и тайминг

Расписание по минутам у меня просят чаще всего. Даю его с условием: это минимальный ежедневный каркас, а не потолок. Чем чаще и правильнее вы тренируетесь, тем быстрее результат. Если хотите накачать красивую фигуру, в спортзал ходят как на работу, а не раз в месяц, иначе она будет ждать вас к пенсии.

Если на каком-то шаге результата нет, не повторяйте его до конца отведённых минут. Остановитесь и найдите ошибку.

Упражнения для детей: чем отличаются

Главная ошибка в работе с детьми — сразу учить с ними песни, потому что родители хотят песен и выступлений. Дети приходят и не умеют петь, то есть не умеют делать то, зачем пришли. Сначала их надо научить петь, а песни потом запоются сами.

В пять-шесть лет гортанные мышцы слабые, звуковедение нестабильное, большая нагрузка детям не по силам. Мышца-вокалист до мутации, лет до одиннадцати-двенадцати, ещё не сформирована или сформирована частично. Поэтому требовать от малышей мощных, бэлтовых звуков странно: им просто нечем. Их ведущее смыкание — фальцетное или тонкое. Вверху дети звучат гораздо лучше, чем внизу. Внизу они теряют природный звон, и каждый начинает звучать своим индивидуальным тембром, отсюда та пестрота, с которой педагоги борются. Пока не переведёшь детей на их природное смыкание, с этой пестротой ничего не сделаешь. Продуктивно с малышами можно заниматься минут двадцать, не мучая ни их, ни себя.

Упражнения с ними живут в игре, но у каждой игры есть задача:

Последний пример я называю «победить главного вампира». Чтобы не гоняться за каждым обращённым вампиром по очереди, нужно победить того, кто их создал, и остальные исчезнут сами. В голосе так же: рядом с любой проблемой всегда сидят ещё две-три сопутствующие. Если найти главную и работать с ней, остальные отваливаются сами, и неважно, сколько человеку лет.

В конце урока пусть поют что хотят, но так, как вы их научили. Если ребёнок весь урок работал над звуком, а в конце заорал песню как попало, он свёл на нет все ваши старания. И подумайте о сценической разводке: когда дети на каждом слоге машут руками и бегают, петь им некогда. Хотя бы в сложных местах вокалисту нужно постоять на месте.

Следите за возрастом. Примерно с девяти-десяти лет может начаться предмутация, а у полненьких детей обычно раньше. Если есть сомнения, отправьте ребёнка к лору. Если связки жемчужного цвета, пой, детка, дальше. Если начинают розоветь, делаем выводы.

Частые ошибки и как их избежать

Когда упражнения вредят: красные флаги

Недавно ко мне обратилась девушка с односторонним парезом: одна голосовая складка у неё не работает. Заработала она это честным трудом, пела во время ларингита. Я предложила ей консультацию в субботу, а она ответила, что не может: у неё концерт. С парезом. «Я тихонечко, в составе группы». Если у вас не работает одна нога, а вам надо срочно, много и тяжело ходить, здоровая нога будет работать за двоих. Со складками то же самое. Вторая складка тоже может сказать «до свидания», и тогда парез станет двусторонним. Односторонний более-менее восстанавливают, а двусторонний — это механизм, который сломался. Голос, конечно, её, и решать ей. Наше дело прокукарекать.

Признаки, при которых нужно остановиться и идти к врачу:

• голос быстро утомляется, хотя раньше человек спокойно пел целый урок;
• охриплость;
• трудно петь тихо: на маленьком номере работы складки не смыкаются, звук проскакивает;
• слабый, тусклый голос;
• речевой голос звучит хуже певческого;
• при попытке сомкнуться напрягаются шея, лицо, даже плечи (поэтому я прошу присылать мне не аудио, а видео);
• першение, комок в горле;
• откуда ни возьмись появилась нечистая интонация, хотя раньше с ней всё было хорошо.

Причины бывают разные: чрезмерная нагрузка, неправильное голосоведение, переутомление, форсирование голоса в шуме, пение при воспалении верхних дыхательных путей, гормональный дисбаланс, беременность, мутация, хирургическая травма или длительная интубация. Ларингит и пение — это почти стопроцентная дорога к патологии. При беременности главное мерило — дискомфорт: если его нет, тихонечко можно всё. Первые две причины, нагрузка и голосоведение, — главные, и за них отвечаем мы, педагоги.

Порядок всегда один. Есть обоснованные сомнения — идите к фониатру и принесите справку. Пока медикаментозное лечение не закончено, никакой вокальной реабилитации. Мы не врачи и диагнозы не ставим. По слуху признаки у всех нарушений примерно одинаковые, поэтому пока я не увижу, что написал врач, я не выберу упражнения. Тут логика простая. При узлах, полипах и кровоизлиянии твёрдые атаки, громкий звук и толстую массу делать нельзя: это ещё раз бить по травмированному месту. При дисфонии или парезе, когда складки ленивые или одна вообще вышла из чата, твёрдые атаки как раз помогают. А дыхательные упражнения и скороговорки при парезе ничего не дают: пока мы дышим, складки раскрыты, а нам нужно, чтобы они начали смыкаться.

После лечения и с разрешения врача в восстановлении помогают:

• высокое положение гортани и комфортный участок диапазона: так складкам ближе друг к другу;
• полузакрытый тракт на «нг», «В», «П» и LaxVox, которые выравнивают давление и дают складкам мягкий контакт;
• взрывные «Б» или «В» до надутых щёк, раз пять-шесть подряд: при дисфонии после этого смыкание на время заметно бодрее;
• твэнг и ринг, которые сужают пространство, чтобы складки быстрее нашли друг друга;
• наклон щитовидного хряща, который растягивает складки и возвращает им эластичность;
• упражнения на раскрытие ложных складок, потому что при любом нарушении истинных ложные берут их работу на себя и разрастаются;
• соп: тихий, гладкий звук на тонких складках, которым невозможно навредить;
• анкеровки, которые снимают напряжение с истинных складок;
• лёгкое прикашливание;
• упражнения на внешние мышцы шеи: рука давит на голову, голова сопротивляется, усилие пятьдесят на пятьдесят, раз по пять в каждую сторону, без фанатизма.

Всё это делается после осмотра и с педагогом, который видит вашу ситуацию целиком.

FAQ

Как часто нужно заниматься?

Чем чаще и правильнее, тем быстрее результат. Десять минут в день — это минимум, а не цель. Я сама, бывает, час-два сижу и тренирую один язык.

Можно ли заниматься самостоятельно?

Можно, у современных методик для этого есть маркеры правильного выполнения: вы сами понимаете, получается или нет. Но себя оценивать сложно, поэтому записывайте себя на видео и периодически показывайтесь педагогу.

Не сломают ли упражнения мою академическую (или народную) манеру?

Нет. Вы научите структуры новым положениям, а старые никуда не денутся. Именно поэтому никакой «ломки» академического голоса на эстраду не бывает, если всё делать как положено.

Почему я ничего не чувствую?

Вы поёте громко или не меняете положения резко. Уберите громкость до единицы и резко смените положение.

Когда приём появится в песне?

Когда дойдёт до автоматизма. У всех это время разное, но если вы уверены, что делаете манёвр правильно, скорость зависит только от того, сколько вы тренируетесь.

Нужны ли отдельные дыхательные упражнения?

Нет. Воздухом управлять невозможно, управлять можно только мышцами. Выдох тренируется вместе со звуком, на сирене и мирене.

С чего начать сегодня?

С сирены на «нг» на единице по шкале. Ведите звук вверх и вниз и ищите место, где появляется лишнее усилие.

Другие мои материалы о голосе и вокальной педагогике — в разделе «Статьи». А педагогов, которые работают по методу СВТ, вы найдёте на странице «Преподаватели».